«Следователем не учтена позиция Конституционного Суда»: право на получение копии постановлений о назначении экспертиз как системная проблема защиты
В практике любого адвоката, работающего по уголовным делам, рано или поздно наступает момент, когда процессуальные действия следствия вступают в прямое противоречие не только с буквой закона, но и с четкими, многократно выраженными правовыми позициями высших судебных инстанций. К сожалению, то, с чем я столкнулась при защите доверителя по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ст. 159 УК РФ, которое расследуется в ГСУ СК РФ, является не единичным эпизодом, а отражением пагубной тенденции, сложившейся в ходе предварительного расследования.
Фабула нарушения
В рамках уголовного дела, в отношении моего подзащитного, которому избрана мера пресечения в виде содержания под стражей, следователем был назначен ряд судебных экспертиз. Ознакомление с постановлениями о назначении этих экспертиз происходило в условиях СИЗО-5 г. Москвы (следственного изолятора, в народе «Водники). Понимая, что без оперативной фиксации содержания указанных документов полноценная реализация права на защиту крайне затруднена, мной совместно с подзащитным в процессе ознакомления был заявлен ряд ходатайств. Мы просили о предоставлении возможности получить копии постановлений о назначении экспертиз путем фотографирования, а также ходатайствовали об ознакомлении с материалами и объектами, которые направляются в распоряжение эксперта для проведения исследований, дабы иметь возможность реализовать права, предоставленные ст. 198 УПК РФ, в частности постановки дополнительных вопросов.
Следует отметить, что право стороны защиты на постановку вопросов эксперту не носит формального характера. Его реализация возможна исключительно при условии своевременного и полноценного ознакомления как с самим постановлением о назначении экспертизы, так и с перечнем материалов, передаваемых на исследование. Иное толкование фактически сводит гарантии, предусмотренные ст. 198 УПК РФ, к декларативной конструкции, лишенной практического содержания.
Несмотря на абсолютную законность и обоснованность заявленных требований, следователь вынес постановления об отказе в их удовлетворении. Подобные отказы последовали по каждому из заявленных ходатайств, по назначенным экспертизам. Такой подход, игнорирующий фундаментальные гарантии судебной защиты, к сожалению, стал привычным инструментом ограничения профессиональных прав адвоката и прав обвиняемого, со стороны следователя СК РФ.
По существу, подобная практика трансформирует процессуальные полномочия следователя из механизма обеспечения расследования в инструмент ограничения состязательности сторон. При этом отказ в предоставлении копий постановлений не преследует какой-либо легитимной процессуальной цели, поскольку уголовно-процессуальный закон не содержит прямого запрета на копирование указанных документов. Напротив, действующее регулирование и правовые позиции Конституционного Суда РФ свидетельствуют о допустимости и необходимости такого ознакомления.
Позиция Конституционного Суда: запрет на игнорирование
Складывается впечатление, что органы предварительного расследования намеренно не желают замечать правовые позиции Конституционного Суда РФ, который на протяжении десятилетий последовательно отстаивает право стороны защиты на ознакомление и копирование материалов дела на любых стадиях процесса.
Конституционный Суд неоднократно излагал свою позицию в ряде решений: Постановлениях от 13.11.1995 № 13-П, от 29.04.1998 № 13-П, от 23.03.1999 № 5-П, от 14.02.2000 № 2-П, определениях от 21.12.2000 № 285-О, от 18.12.2003 № 429-О, от 24.02.2005 № 133-О, от 19.04.2007 № 343-О-П, от 15.11.2007 № 924-О-О и многих других. Лейтмотив указанных актов очевиден: реализация обвиняемым права на судебную защиту предполагает предоставление заинтересованным лицам возможности собирать и представлять суду доказательства в обоснование своей позиции, а также высказывать свое мнение относительно позиции, занимаемой противоположной стороной, и приводимых ею доводов.
Реализация указанных возможностей обеспечивается наделением обвиняемого правом знакомиться с материалами уголовного дела и снимать с них копии, в том числе с помощью технических средств. Принципиально важно, что высший орган конституционного контроля особо подчеркнул: «не могут расцениваться как ограничивающие закрепленные в них права на ознакомление с материалами уголовного дела ознакомлением лишь с какими-то определенными документами и их копированием.» В Определении от 24.02.2005 № 133-О прямо указано, что п. 13 ч. 4 ст. 47 УПК РФ закрепляет право обвиняемого снимать копии и не связывает возможность его реализации лишь с одной или несколькими стадиями уголовного процесса.
Применительно к вопросам экспертизы, в Определении от 19.04.2007 № 343-О-П Конституционный Суд отметил, что ст. 46, 47, 198 УПК РФ не только не исключают право участника судопроизводства снимать за свой счет копии с тех материалов, с которыми он вправе знакомиться в процессе предварительного расследования, в том числе с постановления о назначении экспертизы и заключения эксперта, но и предполагают такое право.
Еще более детально эту мысль раскрывает Определение КС РФ № 1557-О/2013, где говорится: «Приведенные законоположения не содержат запрета выписывать из таких документов сведения в любом объеме или снимать за свой счет с них копии, в том числе с помощью технических средств, направлены на обеспечение выполнения защитником его процессуальной функции, представляют собой гарантии реализации обвиняемым права на защиту. А согласно ч. 2 ст. 45 Конституции РФ и ч. 2 ст. 16 УПК РФ каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом».
Отдельного внимания заслуживает позиция, касающаяся материалов, направляемых эксперту. Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от 21.12.2010 года № 28 «О судебной экспертизе по уголовным делам» разъяснил, что сторона защиты имеет право изучить характеристики объектов и материалов, представляемых на исследование эксперту, и после этого, всесторонне изучив обстоятельства, подлежащие исследованию, воспользоваться правом постановки дополнительных вопросов. Логика здесь проста: в отсутствие сведений о том, какие именно объекты и материалы направлены эксперту, постановка дополнительных вопросов и полноценная защита невозможны ввиду неизвестности предмета исследования.
Отрадно, что судебные инстанции, в отличие от органов следствия, все чаще встают на сторону защиты, признавая подобные отказы незаконными. Показательным является Апелляционное постановление Ставропольского краевого суда № 22К-5788/2020 от 27 ноября 2020 г. по делу № 3.10-203/2020. Суд удовлетворил жалобу адвоката и отметил, что «право на ознакомление с документами и материалами, затрагивающими права и свободы граждан, в том числе с использованием технических средств, гарантировано ст. 24 и 48 Конституции РФ, в связи с чем отказ следователя в снятии защитником фотокопии с постановлений нельзя признать законным и обоснованным».
В этом же судебном акте, как и в позициях КС РФ, подчеркивается, что не исключается право обвиняемого снимать копии с являющихся составной частью материалов уголовного дела вещественных доказательств, например видеозаписей, которые содержат информацию, имеющую значение для установления обстоятельств по делу. Это лишь подтверждает широту толкования права на копирование, которое не может быть произвольно усечено следователем.
Стоит отметить, что подобная практика является устойчивой, аналогичные выводы содержатся в Апелляционных постановлениях Краснодарского краевого суда от 06.08.2024 по делу № 22-5076/2024, Саратовского областного суда от 06.04.2022 № 22-866/2022, Московского городского суда от 15.12.2021 № 10-25229/2021, Московского городского суда от 03.06.2020 по делу № 10-9849/2020 и др.
Особенно показательно, что ограничение стороны защиты в доступе к материалам экспертизы происходит в условиях, когда сторона обвинения обладает полным и беспрепятственным доступом ко всем материалам уголовного дела. Подобный дисбаланс объективно нарушает принцип процессуального равноправия сторон, закрепленный в ст. 15 УПК РФ, и формирует ситуацию, при которой защита вынуждена осуществлять свои функции в условиях искусственно созданного информационного дефицита.
Пагубная тенденция вместо гарантий правосудия
Указанные решения Конституционного Суда Российской Федерации сохраняют свою силу, а выраженные в них правовые позиции не могут игнорироваться судами и иными правоохранительными органами в ходе производства по уголовному делу, на что специально обращалось внимание в Определении КС РФ от 15.11.2007 № 924-О-О. Указанное требование прямо предусмотрено ст. 6 ФЗК «О Конституционном Суде Российской Федерации», согласно которой решения Конституционного Суда Российской Федерации обязательны на всей территории Российской Федерации для всех представительных, исполнительных и судебных органов государственной власти, органов местного самоуправления, предприятий, учреждений, организаций, должностных лиц, граждан и их объединений. К сожалению, на практике мы видим массовое игнорирование этих предписаний. Отказы в копировании постановлений о назначении экспертиз, отказы в предоставлении для изучения объектов, направляемых эксперту, носят системный характер, формируя обвинительный уклон еще на стадии досудебного производства.
Подобная практика на корню подрывает конституционное право на защиту и доступ к правосудию, превращая состязательность в декларацию. Когда адвокату и обвиняемому следствие искусственно создает информационный вакуум, что в конечном итоге приводит к нарушению фундаментальных основ уголовного судопроизводства.
Убеждена, что только принципиальная позиция судебных органов помогут переломить эту пагубную для правосудия тенденцию. Без доступа к информации нет защиты, а без защиты нет правосудия.
Попытки законодателя защитить права подозреваемого и обвиняемого
Примечательно, что в марте прошлого года в Государственную Думу был внесен законопроект № 854010-8 «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации», которым фактически предпринималась попытка устранить сложившуюся правоприменительную неопределенность в вопросе доступа стороны защиты к материалам уголовного дела и возможности их копирования. Авторы законопроекта прямо указывали в пояснительной записке, что на практике следователи нередко произвольно ограничивают защитников и обвиняемых в праве получать копии процессуальных документов, несмотря на сформированные правовые позиции Конституционного Суда РФ. Особо подчеркивалось, что отсутствие прямого нормативного закрепления права на изготовление копий отдельных процессуальных документов используется органами предварительного расследования как основание для систематических отказов в реализации права на защиту.
Показательно и то, что в официальном отзыве Правового управления Государственной Думы фактически признавалось наличие самой проблемы правоприменения. Вместе с тем было указано, что соответствующие гарантии уже вытекают из действующего уголовно-процессуального регулирования и правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации.
Иными словами, даже на уровне законодательного обсуждения было подтверждено: право стороны защиты на ознакомление с материалами и изготовление их копий существует и подлежит обеспечению, однако на практике продолжает системно игнорироваться органами предварительного расследования. Сам факт внесения подобного законопроекта свидетельствует о том, что проблема давно перестала быть единичным процессуальным эпизодом и приобрела устойчивый системный характер.
В практике любого адвоката, работающего по уголовным делам, рано или поздно наступает момент, когда процессуальные действия следствия вступают в прямое противоречие не только с буквой закона, но и с четкими, многократно выраженными правовыми позициями высших судебных инстанций. К сожалению, то, с чем я столкнулась при защите доверителя по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ст. 159 УК РФ, которое расследуется в ГСУ СК РФ, является не единичным эпизодом, а отражением пагубной тенденции, сложившейся в ходе предварительного расследования.
Фабула нарушения
В рамках уголовного дела, в отношении моего подзащитного, которому избрана мера пресечения в виде содержания под стражей, следователем был назначен ряд судебных экспертиз. Ознакомление с постановлениями о назначении этих экспертиз происходило в условиях СИЗО-5 г. Москвы (следственного изолятора, в народе «Водники). Понимая, что без оперативной фиксации содержания указанных документов полноценная реализация права на защиту крайне затруднена, мной совместно с подзащитным в процессе ознакомления был заявлен ряд ходатайств. Мы просили о предоставлении возможности получить копии постановлений о назначении экспертиз путем фотографирования, а также ходатайствовали об ознакомлении с материалами и объектами, которые направляются в распоряжение эксперта для проведения исследований, дабы иметь возможность реализовать права, предоставленные ст. 198 УПК РФ, в частности постановки дополнительных вопросов.
Следует отметить, что право стороны защиты на постановку вопросов эксперту не носит формального характера. Его реализация возможна исключительно при условии своевременного и полноценного ознакомления как с самим постановлением о назначении экспертизы, так и с перечнем материалов, передаваемых на исследование. Иное толкование фактически сводит гарантии, предусмотренные ст. 198 УПК РФ, к декларативной конструкции, лишенной практического содержания.
Несмотря на абсолютную законность и обоснованность заявленных требований, следователь вынес постановления об отказе в их удовлетворении. Подобные отказы последовали по каждому из заявленных ходатайств, по назначенным экспертизам. Такой подход, игнорирующий фундаментальные гарантии судебной защиты, к сожалению, стал привычным инструментом ограничения профессиональных прав адвоката и прав обвиняемого, со стороны следователя СК РФ.
По существу, подобная практика трансформирует процессуальные полномочия следователя из механизма обеспечения расследования в инструмент ограничения состязательности сторон. При этом отказ в предоставлении копий постановлений не преследует какой-либо легитимной процессуальной цели, поскольку уголовно-процессуальный закон не содержит прямого запрета на копирование указанных документов. Напротив, действующее регулирование и правовые позиции Конституционного Суда РФ свидетельствуют о допустимости и необходимости такого ознакомления.
Позиция Конституционного Суда: запрет на игнорирование
Складывается впечатление, что органы предварительного расследования намеренно не желают замечать правовые позиции Конституционного Суда РФ, который на протяжении десятилетий последовательно отстаивает право стороны защиты на ознакомление и копирование материалов дела на любых стадиях процесса.
Конституционный Суд неоднократно излагал свою позицию в ряде решений: Постановлениях от 13.11.1995 № 13-П, от 29.04.1998 № 13-П, от 23.03.1999 № 5-П, от 14.02.2000 № 2-П, определениях от 21.12.2000 № 285-О, от 18.12.2003 № 429-О, от 24.02.2005 № 133-О, от 19.04.2007 № 343-О-П, от 15.11.2007 № 924-О-О и многих других. Лейтмотив указанных актов очевиден: реализация обвиняемым права на судебную защиту предполагает предоставление заинтересованным лицам возможности собирать и представлять суду доказательства в обоснование своей позиции, а также высказывать свое мнение относительно позиции, занимаемой противоположной стороной, и приводимых ею доводов.
Реализация указанных возможностей обеспечивается наделением обвиняемого правом знакомиться с материалами уголовного дела и снимать с них копии, в том числе с помощью технических средств. Принципиально важно, что высший орган конституционного контроля особо подчеркнул: «не могут расцениваться как ограничивающие закрепленные в них права на ознакомление с материалами уголовного дела ознакомлением лишь с какими-то определенными документами и их копированием.» В Определении от 24.02.2005 № 133-О прямо указано, что п. 13 ч. 4 ст. 47 УПК РФ закрепляет право обвиняемого снимать копии и не связывает возможность его реализации лишь с одной или несколькими стадиями уголовного процесса.
Применительно к вопросам экспертизы, в Определении от 19.04.2007 № 343-О-П Конституционный Суд отметил, что ст. 46, 47, 198 УПК РФ не только не исключают право участника судопроизводства снимать за свой счет копии с тех материалов, с которыми он вправе знакомиться в процессе предварительного расследования, в том числе с постановления о назначении экспертизы и заключения эксперта, но и предполагают такое право.
Еще более детально эту мысль раскрывает Определение КС РФ № 1557-О/2013, где говорится: «Приведенные законоположения не содержат запрета выписывать из таких документов сведения в любом объеме или снимать за свой счет с них копии, в том числе с помощью технических средств, направлены на обеспечение выполнения защитником его процессуальной функции, представляют собой гарантии реализации обвиняемым права на защиту. А согласно ч. 2 ст. 45 Конституции РФ и ч. 2 ст. 16 УПК РФ каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом».
Отдельного внимания заслуживает позиция, касающаяся материалов, направляемых эксперту. Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от 21.12.2010 года № 28 «О судебной экспертизе по уголовным делам» разъяснил, что сторона защиты имеет право изучить характеристики объектов и материалов, представляемых на исследование эксперту, и после этого, всесторонне изучив обстоятельства, подлежащие исследованию, воспользоваться правом постановки дополнительных вопросов. Логика здесь проста: в отсутствие сведений о том, какие именно объекты и материалы направлены эксперту, постановка дополнительных вопросов и полноценная защита невозможны ввиду неизвестности предмета исследования.
Отрадно, что судебные инстанции, в отличие от органов следствия, все чаще встают на сторону защиты, признавая подобные отказы незаконными. Показательным является Апелляционное постановление Ставропольского краевого суда № 22К-5788/2020 от 27 ноября 2020 г. по делу № 3.10-203/2020. Суд удовлетворил жалобу адвоката и отметил, что «право на ознакомление с документами и материалами, затрагивающими права и свободы граждан, в том числе с использованием технических средств, гарантировано ст. 24 и 48 Конституции РФ, в связи с чем отказ следователя в снятии защитником фотокопии с постановлений нельзя признать законным и обоснованным».
В этом же судебном акте, как и в позициях КС РФ, подчеркивается, что не исключается право обвиняемого снимать копии с являющихся составной частью материалов уголовного дела вещественных доказательств, например видеозаписей, которые содержат информацию, имеющую значение для установления обстоятельств по делу. Это лишь подтверждает широту толкования права на копирование, которое не может быть произвольно усечено следователем.
Стоит отметить, что подобная практика является устойчивой, аналогичные выводы содержатся в Апелляционных постановлениях Краснодарского краевого суда от 06.08.2024 по делу № 22-5076/2024, Саратовского областного суда от 06.04.2022 № 22-866/2022, Московского городского суда от 15.12.2021 № 10-25229/2021, Московского городского суда от 03.06.2020 по делу № 10-9849/2020 и др.
Особенно показательно, что ограничение стороны защиты в доступе к материалам экспертизы происходит в условиях, когда сторона обвинения обладает полным и беспрепятственным доступом ко всем материалам уголовного дела. Подобный дисбаланс объективно нарушает принцип процессуального равноправия сторон, закрепленный в ст. 15 УПК РФ, и формирует ситуацию, при которой защита вынуждена осуществлять свои функции в условиях искусственно созданного информационного дефицита.
Пагубная тенденция вместо гарантий правосудия
Указанные решения Конституционного Суда Российской Федерации сохраняют свою силу, а выраженные в них правовые позиции не могут игнорироваться судами и иными правоохранительными органами в ходе производства по уголовному делу, на что специально обращалось внимание в Определении КС РФ от 15.11.2007 № 924-О-О. Указанное требование прямо предусмотрено ст. 6 ФЗК «О Конституционном Суде Российской Федерации», согласно которой решения Конституционного Суда Российской Федерации обязательны на всей территории Российской Федерации для всех представительных, исполнительных и судебных органов государственной власти, органов местного самоуправления, предприятий, учреждений, организаций, должностных лиц, граждан и их объединений. К сожалению, на практике мы видим массовое игнорирование этих предписаний. Отказы в копировании постановлений о назначении экспертиз, отказы в предоставлении для изучения объектов, направляемых эксперту, носят системный характер, формируя обвинительный уклон еще на стадии досудебного производства.
Подобная практика на корню подрывает конституционное право на защиту и доступ к правосудию, превращая состязательность в декларацию. Когда адвокату и обвиняемому следствие искусственно создает информационный вакуум, что в конечном итоге приводит к нарушению фундаментальных основ уголовного судопроизводства.
Убеждена, что только принципиальная позиция судебных органов помогут переломить эту пагубную для правосудия тенденцию. Без доступа к информации нет защиты, а без защиты нет правосудия.
Попытки законодателя защитить права подозреваемого и обвиняемого
Примечательно, что в марте прошлого года в Государственную Думу был внесен законопроект № 854010-8 «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации», которым фактически предпринималась попытка устранить сложившуюся правоприменительную неопределенность в вопросе доступа стороны защиты к материалам уголовного дела и возможности их копирования. Авторы законопроекта прямо указывали в пояснительной записке, что на практике следователи нередко произвольно ограничивают защитников и обвиняемых в праве получать копии процессуальных документов, несмотря на сформированные правовые позиции Конституционного Суда РФ. Особо подчеркивалось, что отсутствие прямого нормативного закрепления права на изготовление копий отдельных процессуальных документов используется органами предварительного расследования как основание для систематических отказов в реализации права на защиту.
Показательно и то, что в официальном отзыве Правового управления Государственной Думы фактически признавалось наличие самой проблемы правоприменения. Вместе с тем было указано, что соответствующие гарантии уже вытекают из действующего уголовно-процессуального регулирования и правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации.
Иными словами, даже на уровне законодательного обсуждения было подтверждено: право стороны защиты на ознакомление с материалами и изготовление их копий существует и подлежит обеспечению, однако на практике продолжает системно игнорироваться органами предварительного расследования. Сам факт внесения подобного законопроекта свидетельствует о том, что проблема давно перестала быть единичным процессуальным эпизодом и приобрела устойчивый системный характер.
